Что такое благопожелания и проклятия

Смерть «хорошая/плохая» в формулах благопожеланий и проклятий

По некоторым разножанровым данным (поверьям, терминологическим выражениям, поговоркам, мотивировкам обрядовых действий и т. п.) можно в самых общих чертах составить представление о том, что имеется в виду под «хорошей» и «плохой» смертью. Есть, однако, в фольклорной жанровой системе такие магические тексты, в которых в наиболее яркой форме проявляется аксиологический подход ко всем основным категориям человеческого бытия, т. е. в них четко формулируются представления о том, что такое «хорошо» и что такое «плохо». Я имею в виду формулы благопожеланий и проклятий. Эти два жанра объединяются по своей общей оптативной (пожелательной) семантике, магической функции, по особенностям текстовой структуры, но различаются принципиально важной семантической оппозицией — хорошо/плохо. Они служат удобным материалом для изучения символики, соотносимой с понятием добра и зла, пользы и вреда, достоинства и позора, в них содержится ценная информация о самых важных для крестьянского общества ценностях (в благопожеланиях со знаком плюс, в проклятьях со знаком минус), ср. однотипные выражения в положительной и отрицательной форме: «Чтобы ты имел (не имел) много внуков», «Чтобы ты дождался (не дождался) следующей Светлой Пасхи», «Чтобы у тебя щедро уродила (не уродила) нива», «Чтобы ты дожил (не дожил) до седых волос» и т. п.

В настоящей статье предпринимается попытка более подробно рассмотреть группу признаков, характеризующих смерть «плохую». Для этих целей трудно найти более показательный материал, чем традиционные формулы проклятий, связанные с пожеланием смерти. Среди многочисленных злоречений, предрекающих людям хозяйственные и семейные беды, несчастья, увечья, болезни, бездетность, злую долю, неурожай, разорение, распад семьи и т. п., «смяротныя праклёны» (как назывались в Полесье пожелания смерти) считались самыми опасными, чрезмерными и греховными.

Содержательная основа привлеченных для анализа белорусских, полесских и польских текстов позволяет обнаружить ряд наиболее распространенных семантических моделей. Это могут быть прямые пожелания кончины (Штоб ты ўмэр!; Каб ён сканаў!; Штоб ты не жыла на свете!); либо устойчивые формульные клише, описывающие смерть как выход души из тела (Дух з цябе вон!; Штоб з тябе дух вышоў!; Bodaj z ciebie duch wyskoczył!); либо как обездвиженность, одеревянение покойника (Богдай ты акалеў!; Каб ты адубел!; Каб ён стаў дубом да дзеравом!; Штоб ты заўтра колом лежаў!); либо как проваливание под землю (Каб ён скрозь землю пашоў!; Каб табе сыра зэмля ўзяла!; Каб ты жывы ў зямлiцу сырую ўлез!) и ряд других.

Пожелание «никогда не умереть», «жить вечно» — коль скоро оно фигурирует в проклятиях — оценивается негативно, считается Божьей карой. Это подтверждается и русской пословицей: «Бога прогневишь, так он и смерти не даст». Вообще долгожительство рассматривалось в народе как тяжкое наказание и несчастливая доля. Окружающие верили, что зажившиеся старики «чужой век заедают»; и сами долгожители с огорчением говорили о себе, что «Бог забыл их прибрать».

(По статье Л. Н. Виноградовой «Смерть хорошая и плохая в системе ценностей традиционной культуры»)

Данная статья преследует цель провести исследование благопожеланий, обслуживающих различные сферы человеческого общения в лезгинском и английском языках, в рамках лингвокогнитивного и лингвокультурологического подходов и выявить национально-культурную специфику категоризации мира благопожеланиями языков различных культур и традиций. Материалом исследования послужили данные фразеологических и толковых словарей, сборников общеупотребительных благопожеланий и проклятий в языках различных культур. В работе используются описательный метод и сопоставительный анализ благопожеланий языков различных культур.

Теоретическая значимость статьи обусловлена характером исследуемого материала, поскольку рассмотрение благопожеланий в таком аспекте позволяет познакомиться с культурой народа изучаемого языка. Практическая значимость исследования заключается в возможности использования его результатов в курсах по сопоставительной типологии германских и кавказских языков.

Основная часть

Вербальное поведение мужчин и женщин различается как в английской, так и в лезгинской лингвокультурах. В женской речи, как правило, наблюдается большая экспрессивность и эмоциональность. Речь мужчин, напротив, более сдержана, она более лаконична и менее эмоциональна.

Когда в дом входит невеста, мать или сестра жениха приводят маленького мальчика, передают его в руки невесты и поют:

Ваз ирид хьвани са гуьрчег руш хьуй!

Амани тварцяй аватна кьий,

Пичинин патаг гзаф гадаяр хьуй,

Рикьинин кьулухъ гзаф куьчеррин къапар,

Ваз жедайбур са гадаяр хьуй,

Вуна хразвайди са халичаяр хьуй.

«Пусть будет семь сыновей и одна дочь,

И та пусть упадет с дерева и умрет.

Пусть вокруг очага полно сыновей будет,

А за дверью много обуви.

Будешь рожать только сыновей,

Только мужчине можно высказать такое пожелание:

Ви чуру рехи хьурай!

Во многих произведениях любовной лирики благопожелания и проклятья встречаются в неразрывной связи и притом они плавно переходят друг в друга или сочетаются друг с другом. Вот, например, некоторые благопожелания, функционирующие в форме проклятья:

Вун кьуьзуь хьурай!

Ви чуру рехи хьурай!

В английском языке в системе благопожеланий наблюдается стремление к гендерной нейтральности. Здесь распространены следующие благопожелания, которые носят гендерно нейтральный характер:

May all your dreams come true!

Как отмечает Б.М. Алиева, «в английском языке за длительный период существования широко развилась система обращений. Затронуты все сферы общественной деятельности: административная и судебная системы, система обслуживания и т.д. Вся жизнь нации обслуживается английским языком. Обращение является сильным гендерным маркером в английском языке [1, с. 25].

В лезгинском языке речевой этикет обслуживает большое количество благопожеланий, афоризмов, пословиц и поговорок. Носители лезгинского языка, особенно в сельской местности, для поддержания контакта часто используют различного рода благопожелания, проклятия и афоризмы, которые придают речи выразительность, эмоционально-экспрессивную окрашенность, локализуют ее и обогащают речь ценными умозаключениями.

Благопожелания – это небольшие по объему речевые формулы, используемые в повседневном общении по тому или иному поводу. У всех народов мира они производны от заклинаний, молитв, с помощью которых, по понятиям древнего человека можно было воздействовать на сверхъестественные силы (духов, демонов, богов) и, через их посредство, на внешний мир. Благопожелания как жанр фольклорного творчества имеют свои специфические особенности выражения. В лезгинском языке благопожелания могут быть выражены как в прозаической форме, так и в стихотворной, например, увидев молодой месяц, лезгин пожелает себе или другу:

Варз хьиз цIийи хьуй,

ЦIицI хьиз дири хьуй,

ЦIай хьиз хци хьуй! –

«Будь молод, как месяц,

Стремителен, как кузнечик,

В английском языке больше поздравлений, в лезгинском – больше пожеланий. Пожелания, вернее благопожелания в лезгинском языке и общении многочисленны и богаты.

В лезгинско-русском словаре под редакцией Б.Б. Талибова и М.М. Гаджиева слову алпан дается следующий русский перевод:

2) гибельное, страшное место;

3) Кавказская Албания.

Некоторые благопожелания и проклятья носят гендерный характер, поскольку допустимы только в речи женщин или только в речи мужчин, например:

а) допустимы только в речи женщин:

б) допустимы только в речи мужчин:

Я хва кьей кас, – лагьана Бубади, зун вахь цаварал къекъвезвай, вун заз чилеридай жагъана хьи. Тадиз эвичI садра арабадай.

Можно выделить общие черты, присущие и лезгинскому, и английскому речевому этикету: устойчивые формулы приветствия и прощания, формы уважительного обращения к старшим, формы почтительного обращения к знакомым и незнакомым.

Различают языки исследования то, что в английском языке больше поздравлений, в лезгинском – больше пожеланий. Пожелания, вернее благопожелания, в лезгинском языке и общении многочисленны и богаты содержанием. В благопожеланиях лезгин, так же, как и у других народов Дагестана, заключена многовековая мудрость, которая как бы просеяна временем, очистилась от ненужной шелухи, оставив все ценное, мудрое, необходимое.

Заключение

Проведенный анализ благопожеланий лезгинского и английского языков позволяет резюмировать, что в исследуемых языках наблюдается заметное различие в использовании гендерно-маркированных благопожеланий. Лезгинский язык характеризуется наличием большого количества гендерно-маркированных благопожеланий. В английском языке в системе благопожеланий наблюдается стремление к гендерной нейтральности.

Рецензенты:

Маллаева З.М., д.фил.н., профессор, ведущий научный сотрудник, Институт ЯЛИ им. Г. Цадасы ДНЦ РАН, г. Махачкала;

Шихалиева С.Х., д.фил.н., ведущий научный сотрудник, Институт ЯЛИ им. Г. Цадасы ДНЦ РАН, г. Махачкала.

Проклятья существуют, наверное, у всех народов и, в отличие от многих других форм устного народного творчества, со временем не исчезают. В Дагестане их не только употребляют в повседневной жизни, но и старательно записывают, изучают и классифицируют. Еще бы! Ведь в этой республике столько народов и языков, что о точном их количестве ученые до сих пор не договорились. Представляем вам несколько аварских, даргинских, табасаранских, агульских бежтинских и лакских проклятий — серьезных и шуточных — с короткими пояснениями. И пусть упомянутые в них беды никогда вас не коснутся.

Фольклористы говорят, что иногда проклятья призваны разрядить обстановку, чтобы словесная перепалка не перешла в драку. Для таких случаев как нельзя лучше подходят забавные, шуточные проклятия:

Читайте также:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Adblock
detector