Как проклятые шли мы без дорог

Am E7 Am
Я помню: первый раз пошёл в поход.
G C A7
Насильно взяли папа меня с мамой.
Dm E7 F A7
И целый день – прикрывшийся панамой-
Dm E7 Am
мы всё ползли, куда сам чёрт не разберёт.

Как проклятые шли мы без дорог
и я холодным потом обливался,
под рюкзаком от тяжести склонялся
и всё шептал, присевши на пенёк:

Ох, заманили, ох, заманили!
Повесили на спину такой большой рюкзак!
И гадостью какой-то накормили,
а из палатки я не выбрался никак.

И я крутил их со слезами на глазах,
а вечерами пел им песни про дороги,
а у меня уже давно болели ноги
и попа вся была в кровавых волдырях.

Ох, заманили, ох, заманили!
Повесили на спину такой большой рюкзак!
И гадостью какой-то накормили,
а из палатки я не выбрался никак.

Ох, заманили, ох, заманили!
Повесили на спину такой большой рюкзак!
И гадостью какой-то накормили,
а из палатки я не выбрался никак.

И больше никуда я не пойду!
Я с рюкзаком проклятым распрощался.
На компасе, как на кресте, поклялся,
что лучше буду я гореть в аду!

Но не могу покоя я найти.
Зовут к себе бескрайние просторы.
Теперь готов я подниматься в горы
и на Байкал под парусом идти.

Ох, позовите, ох, позовите!
Рюкзак огромный я готов носить.
И гадостью какой-нибудь кормите.
Я из палатки научился выходить! Oh, lured !

Am E7 Am
I remember : the first time went to the campaign.
G C A7
Forcibly took my dad with my mom.
Dm E7 F A7
And the whole day — to cover panamoy-
Dm E7 Am
we’re crawling , where the devil himself only knows .

Like hell we were no roads
and I was sweating cold sweat ,
under a backpack leaning on the severity
all whispered , crouching on a tree stump :

E7 Am
«Oh, lured , oh, lured !
A7 Dm
Hung on the back of a large backpack !
E7 F A7
And muck some fed,
Dm E7 Am
and out of the tent I do not got nothing . «

And I said to myself, » I’m not an idiot
and get me you do not succeed . «
» Come on — tell me — on a boat ride .»
So I ended up in the canoe trek .

And I realized that I was out of luck again .
Wet , froze . And they have vodka , though drown !
Said: » On , son, heating of .»
And it was in my hands a huge paddle.

Oh, lured , oh, lured !
Hung on the back of a large backpack !
And muck some fed,
and out of the tent I do not got nothing.

Then he bought me a bicycle
and taught how to ride something .
Had to hike two weeks spill the beans :
» Pedal ! — I cried — Karapet ! «

And I turned them with tears in his eyes ,
and in the evenings they sang songs about the road,
and I have long legs ached
and the priest was all bloody blisters .

Oh, lured , oh, lured !
Hung on the back of a large backpack !
And muck some fed,
and out of the tent I do not got nothing.

Told me : «So you — the tourist already , dude,
but the beauty of the Ural mountains were not admired ! «
So I once again succumbed to the entreaties of their
and , like a fool , went skiing on Konzhak .

In the coffin, I saw the beauty of the Urals !
I kneaded drifts like dough mom Luba .
Frost 30 ! I nearly did not give it » oak «
escaping the fact that there was a fireman on the stove .

Oh, lured , oh, lured !
Hung on the back of a large backpack !
And muck some fed,
and out of the tent I do not got nothing.

And anywhere else I will not go !
I am cursed with a backpack goodbye .
On the compass , as on the cross , swore
that I ‘d rather burn in hell !

But I can not rest , I find.
Name to his endless expanses .
Now I’m ready to go up into the mountains
Baikal and go sailing .

Oh , call , oh , call !
Huge backpack I am ready to wear.
And muck some feed .
I learned to get out of the tent !

Так поют эту песню сегодня, а в семидесятые годы в Перми родился ее оригинал, и какое-то время был популярен в туристской среде. Со временем песня подзабылась, но лет шесть назад благодаря Сёме Зайкову обрела второе рождение.

Первоначальный вариант песни:

Сергей Беляев
ЭХ, ЗАМАНИЛИ!

Вот, помню, первый раз пошел в поход –
Ох, увлекли знакомые ребята.
Мы по тайге с рассвета до заката
Все шли. Куда? – Сам черт не разберет!

Как проклятые, шли мы без дорог.
И я соленым потом обливался,
Под рюкзаком от тяжести шатался,
И все стонал, присевши на пенек:

В палатке ночью вымок и продрог,
Не мог я даже шевельнуть ногою,
В тоске об елку бился головою
И убежать пытался, но не смог.

Потом, рюкзак от злости укусив,
Пошел, воюя насмерть с комарами.
С тоскою думал о родимой маме
И, как молитву, все твердил мотив:

Мы лезли к облакам, спускались вниз,
И медленно тянулись дни за днями.
На солнце сохли, мокли под дождями,
И, наконец, куда-то доплелись.

Куда — уже не помню, как в бреду.
Я с рюкзаком пролклятым распрощался,
На компасе как на кресте поклялся,
Что ни-ку-да я больше не пойду!

С тех пор в поход не раз уже ходил,
Мне все давно привычно и знакомо.
Недавно новичка сманил из дома,
Он никого не трогал – тихо жил.

И снова шли сквозь чащи без дорог,
И он, как я когда-то, чертыхался,
Под рюкзаком от тяжести шатался,
И все стонал, присевши на пенек:

Он тоже начал биться головой,
Потом рюкзак свой укусить пытался
И в грудь себе стучал, и тоже клялся,
Что, мол, в походы больше – ни ногой !

So sing this song today, and in the seventies in Perm was born its original, and for a time was popular in the tourist environment. Over time, the song was forgotten, but about six years ago, thanks to Syoma Zaikov, she gained a second birth.

The original version of the song:

Sergey Belyaev
EH, REPLACEMENT!

Here, I remember, first time went on a campaign —
Oh, carried away by the familiar guys.
We are in the taiga from dawn to dusk
All went. Where? «The devil himself will not understand!»

Like the damned, we walked without roads.
And I salted myself then,
Under the backpack of gravity staggered,
And he moaned, sitting on the stump:

«Oh, lured! Oh, lured!
They put such a big backpack on their shoulders.
Why did not you immediately warn? —
This I did not expect in any way! «

In the tent at night, a wet and chilled,
I could not even move my foot,
In a melancholy about the tree fought his head
And tried to escape, but he could not.

Then, a backpack from anger biting,
Went fighting to death with mosquitoes.
I was thinking about my mother
And, as a prayer, the motive kept repeating:

«Oh, lured! Oh, lured!
They put such a big backpack on their shoulders.
And nasty something fed,
And at night there was no way out
I’m from the tent. Oh, lured,
They put such a big backpack on their shoulders.
Why did not you immediately warn? —
This I did not expect in any way! «

We climbed to the clouds, went down,
And slowly stretched days after days.
The sun was drying, wet under the rain,
And, finally, somewhere else.

Where — I do not remember how delirious.
I with a backpack prokljatymyms have said goodbye,
On the compass, as on a cross, he swore,
That no-ku-da, I will not go any more!

«Oh, lured! Oh, lured!
They put such a big backpack on their shoulders.
Why did not you immediately warn? —
This I did not expect in any way! «

Since that time I have already gone on a campaign,
I have long been familiar and familiar with everything.
Recently, a newcomer smuggled from home,
He did not touch anyone — he lived quietly.

And again they walked through thickets without roads,
And he, like I once, swore,
Under the backpack of gravity staggered,
And he moaned, sitting on the stump:

«Oh, lured! Oh, lured!
They put such a big backpack on their shoulders.
And nasty something fed,
And at night there was no way out
I’m from the tent. Oh, lured,
They put such a big backpack on their shoulders.
Why did not you immediately warn? —
This I did not expect in any way! «

He also began to beat his head,
Then he tried to bite his backpack
And in his chest he knocked, and also swore,
What, they say, in hiking more — no feet!

But I told him then: «An eccentric!
And I once too zarekalsya,
But with these tourists contacted —
Now I can not do otherwise! «

«Oh, lured! Oh, lured!
They put such a big backpack on their shoulders.
Once upon a time did not warn —
Now I can not do otherwise! »
1977

Я помню: первый раз пошёл в поход.
Насильно взяли папа меня с мамой.
И целый день – прикрывшийся панамой-
Мы всё ползли, куда сам чёрт не разберёт.
Как проклятые шли мы без дорог
и я холодным потом обливался,
под рюкзаком от тяжести склонялся
и всё шептал, присевши на пенёк:

Ох, заманили, ох, заманили!
Повесили на спину такой большой рюкзак!
И гадостью какой-то накормили,
что из палатки мне не выбраться никак.

Ох, заманили, эх, заманили!
Повесили на спину такой большой рюкзак!
И гадостью какой-то накормили,
что из палатки я не выбрался никак.

Ох, заманили, ох, заманили!
Повесили на спину такой большой рюкзак!
И гадостью какой-то накормили,
что из палатки мне не выбраться никак.

И больше никуда я не пойду!
Я с рюкзаком проклятым распрощался.
На компасе, как на кресте, поклялся,
что лучше буду я гореть в аду!
Но не могу покоя я найти.
Зовут к себе бескрайние просторы.
Теперь готов я подниматься в горы
и на Байкал под парусом идти.

Ох, позовите, ох, позовите!
Рюкзак огромный я готов нести.
И гадостью какой-нибудь кормите.
Я из палатки научился выходить!

Читайте также:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Adblock
detector